Джон Макклейн и Мартин РиггсМне кажется, американцы очень уважают свою полицию. Мы вот знаем, что у них постоянно случаются стычки из-за превышения полномочий полицейскими, но даже это говорит о том, что власть полиции в этой стране скорее священна, чем нет — и если ты позоришь мундир и убиваешь чернокожих бандосов без всяких на то оснований, тебя ждёт народный гнев.

Это общенациональное уважение хорошо заметно по голливудским фильмам второй половины прошлого века. Подавляющая часть «полицейских» картин — супергероическое кино о бунтарях-одиночках или бунтарях-с-напарником. Квинтэссенция жанра — серия про Грязного Гарри, самого отмороженного полицейского всех времён.

Я знаю, о чём вы думаете. Неужели не найдётся других, более достойных? Честно говоря, во всём голливудском кинонаследии их прямо-таки дохрена, я и сам уже сбился со счёта. Но есть двое, которые могут снести башку даже Гарри Кэллахану. Ему надо лишь спросить: «Повезет мне или нет?».

Джон Макклейн

«Крепкий орешек» собственной персоной

«Крепкий орешек» собственной персоной

Для нас он — «Крепкий орешек», чего никогда в жизни не поймут американские зрители. У них нет никакого орешка, есть Джон Макклейн, полуопустившийся нью-йоркский коп, способный в одиночку расправиться с целой армией террористов, но так и сумевший наладить собственную личную жизнь.

У Макклейна есть как бы жена, как бы дочь и даже как бы сын. Но они, похоже, и сами не очень уверены, есть они у него или нет. У них, у этой семейки, удивительный талант попадать во всякие кровавые переделки — а Джон потом весь фильм их спасает. А заодно и кучу других гражданских.

«Теперь понимаю, как чувствуют себя консервы в банках»

«Теперь понимаю, как чувствуют себя консервы в банках»

Джон Макклейн может всё. Он разбирается в любом стрелковом и не очень стрелковом оружии, может соорудить бомбу из соплей, знает около 400 способов надрать задницы плохим парням — и пользуется примерно половиной из этих способов. Он не фанат восточных единоборств. Собственно, по части рукопашного боя у него всё довольно просто: нужно просто врезать плохому парню, а если он ещё шевелится, использовать подручные материалы, чтобы добить. Всё ещё живой — чёрт, да пристрели его, Джон, и все дела.

У кого два больших пальца и автомат?

У кого два больших пальца и автомат?

Макклейн — самый настоящий бунтарь. Но это не его выбор — виноваты исключительно обстоятельства, а также его собственная совесть и желание выполнить свою работу как положено. Вот и причина того, что начальство и случайные коллеги не слишком его любят: он тот коп, которому больше всех надо. Такие нравятся на расстоянии, да и то когда уже всех спасли.

Подобное отношение позволяет Макклейну всегда действовать по своему усмотрению. Ему не нужны ничьи санкции на арест… если честно, я даже не припомню, арестовывал ли он кого-нибудь за все пять фильмов или сразу мочил.

Макклейн реализует право задержанного на хранение молчания

Макклейн реализует право задержанного на хранение молчания

У Джона всё в порядке с чувством юмора и самоиронией — это вам не Грязный Гарри. Собственно, без этих своих шуточек и фирменной хитрой рожи Макклейн был бы не тем Макклейном, которого мы любим.

— Говорят, в аэропорту были террористы?
— Да, я тоже это слышал.

— Что мы делаем?
— Есть такая штука, её изобрели в шестидесятые. Бег трусцой.

— Йо-хо-хо, ублюдок!

Странный персонаж этот Джон Макклейн. Толковый коп, всё может, спас кучу народу, а сколько порешил всяких мудаков — просто не сосчитать. И при этом ну жутко невезучий. Жена вот от него ушла, дочь и сын не признают, пока он им жизнь не спасёт — а ведь для них старается. Хотя, быть может, он просто хорошо умеет отделять личную жизнь от профессиональной деятельности.

Да и кто бы понял эти американские семейные ценности.

Мартин Риггс

«Я слишком стар для всего этого дерьма»

«Я слишком стар для всего этого дерьма»

Риггс — человек-оркестр, только не нормальный оркестр, а такой, с очень пьяными музыкантами. И вот они каждый себе что-то играют, бренчат, никто не попадает ни в ноты, ни в ритм. Но тут внезапно появляется вменяемый дирижёр — и все эти алкаши вдруг начинают играть так слаженно и профессионально, как будто и не было этого разброда и шатания всё время.

Дирижёр — это, конечно Роджер Мюрто и вся его семья. Впрочем, теперь это и семья Мартина Риггса.

«Всё нормально. Мы плохие. Ты — чёрный, я — псих»

«Всё нормально. Мы плохие. Ты — чёрный, я — псих»

Вообще, у Риггса тоже была семья. Жена, Виктория Линн, которая погибла за несколько лет до событий первого фильма. Эта трагедия и определяет его характер — Риггс совершенно невыносим. Прямо-таки свихнувшаяся чёртова ядерная бомба — вот что это за парень. Собственно, серию поэтому и назвали «Смертельное оружие» — это про его характер.

Ладно, бог с ним, с характером. Откуда этот Риггс вообще? Кто он такой? Бывший спецназовец, да не просто абы кто, а военный снайпер, равных которому очень и очень мало. Это его умение стрелять из всего подряд — настоящее искусство, и по невероятности граничит с навыками Клинта Иствуда в трилогии Серджо Леоне.

Риггс и его новая боевая подруга

Риггс и его новая боевая подруга

Мартин Риггс — мастер всяких восточных боевых техник. Он, конечно, и просто втащить может, но коронная фишка — одновременный бой с несколькими соперниками. Ему это норм, как два пальца.

У Риггса не всё хорошо со взрывчаткой. То есть так: ему вообще нельзя иметь с ней дело — в силу своей психической нестабильности. Он, например, клинически не способен сделать верный выбор в важнейшем вопросе всех фильмов-боевиков: какой, чёрт возьми, провод резать. Спойлер: Мартин Риггс ошибается в ста процентах случаев.

Красный. Нет, синий

Красный. Нет, синий

Зато взрывы, машины взлетают на воздух, целые кварталы уходят в историю — мы ведь такое любим, не правда ли. А Риггс смотрит на это всё с таким виноватым выражением на лице, что хочется ему сказать: эй, парень, не грусти, смотри, сколько здесь всего ещё можно взорвать. Всё будет, эй!

Да, у Мартина Риггса прекрасное чувство юмора, этого парня можно всего разбирать на цитаты — и они будут хороши даже вне контекста фильма.

 — Нельзя все проблемы решать с помощью кулаков!
— Я же не мог стрелять, там было слишком много людей.

— Кто там?
— Полиция.
— А чем докажете?
— Сейчас пристрелю тебя сквозь дверь, посмотришь на пулю.

— Бог меня ненавидит.
— Ответь ему взаимностью.

Чокнутый на всю голову и безумно обаятельный парень — вот кто такой Мартин Риггс во всех четырёх фильмах, спасибо за маленькие радости.

Так кто же?

Итак, Макклейн — профессиональный до мозга костей коп. Риггс — тоже профессиональный коп… или нет? Во втором «Смертельном оружии» он снимает с себя значок и едет мстить, о чём вполне буднично сообщает напарнику.

«Сегодня я не полицейский, Родж»

«Сегодня я не полицейский, Родж»

Не слишком профессиональный поступок. 1:0 в пользу Джона Маклейна.

У «Орешка» всё в порядке с рукопашным боем. Да, он не блещет особой техникой, его приёмы довольно просты — но они эффективны. Риггс — настоящий мастер по части боевых искусств, его техника столь же эффективна, сколь и красива. Пожалуй, здесь поровну, общий счёт 2:1.

«Крепкий орешек» умеет пользоваться всеми мыслимыми видами оружия и взрывчатки, а также прекрасно ориентируется в ситуации, когда оружия поблизости нет. Например, подвешивает на цепи противника или сбивает машиной вертолёт. Ещё раз: сбивает машиной вертолёт. Кончились патроны, говорит. О, он очень, очень крут.

Тот самый момент

Тот самый момент

Риггс очень хороший стрелок и тоже умело приспосабливается к ситуации: например, с помощью пикапа разрушает дом на сваях — да как это вообще возможно! Но у него проблемы со взрывчаткой — и это настоящая беда. 3:1, детектив Макклейн увеличивает разрыв.

А вот в личной жизни, которая и завязывает все переделки что там, что там, всё наоборот. У Джона Макклейна нет шансов. Он асексуален. Да, у него жена и дети, мы всё понимаем, но чёрт возьми, он постоянно скорее избит, чем нет, на нём всё та же майка-алкоголичка, а на женщин ему просто плевать. Похоже, семейные ценности сыграли здесь с крутым парнем злую шутку.

Риггс — настоящий альфа-самец, по нему сохнут все девки призывного возраста всей этой вашей чёртовой серии. И при этом он, безутешный вдовец, только к середине второй части решается на какие-то новые отношения.

Пэтси Кенсит, которая смогла

Пэтси Кенсит, которая смогла

То есть и секс нам, и семейные ценности не попраны. Красота. 3:2, Мартин Риггс догоняет.

Юмор Джона Макклейна, как и его рукопашный бой, бьёт туда, куда нужно, хоть и несколько топорно. Все эти цитаты сильно привязаны к контексту, вне его оценить их очень трудно. У Риггса язык подвешен более свободно, его шутки лучше запоминаются и живут даже за пределами фильмов. 3:3, парни, такие дела.

Наконец, Джон Макклейн нормален. Относительно, разумеется, потому что безумных поступков натворил просто на отдельную серию. Но риск у него всегда оправдан. Он постоянно устраивает тотальный тарарам, но только потому, что этот метод оказывается единственно возможным в конкретной ситуации. Если для того, чтобы остановить мерзавцев, нужно разрушить полгорода, он это сделает. Больше некому, а он только так и умеет. Как и весь Джон Макклейн, это очень эффективно. И довольно скучно.

Опасный парень Мартин Риггз

Опасный парень Мартин Риггз

Мартин Риггс — обиженный художник с нестабильной психикой и доступом к огнестрельному оружию. Его цель далеко не всегда оправдывает средства. Он часто действует по наитию, из-за чего ком неприятностей растёт в какой-то невероятной прогрессии. И непонятно как, но в итоге всё решается относительно благополучно.

Потому что у Риггса есть друзья. Макклейн привык справляться со своей болью в одиночку — а этому даже выбора такого не давали. С ним всегда кто-нибудь рядом. Это завершающий штрих в его характере — именно друзья делают Мартина Риггса человеком, а не просто героем с постера.

Способность оставаться человеком со всеми его слабостями — очень редкая штука в кинобоевиках тех лет. Черта, которой может быть наделён только очень крутой персонаж.

3:4. Победа Риггса, извини, Джон.

Джон Макклейн и безысходность


Понравился материал? Делитесь же в соцсетях!